Кампания за отмену статьи 212.1 УК России,
которая отнимает право свободно выражать свое мнение

Informator: “Приговор Ильдару – знак всем несогласным”

20 января 2016

Путинский режим продолжает репрессии против российского гражданского общества. Ильдар Дадин осужден на 3 года тюрьмы за участие в одиночных  пикетах  – он выходил с плакатами в поддержку Украины и против войны.

Невеста большого друга украинского народа рассказала о своей борьбе за свободу любимого человека, который оказался пленником кровожадной системы. О перспективах мирного протеста, запугивании активистов и растоптанной Российской Конституции в интервью Анастасии Зотовой журналисту informator.lg.ua Миките Пидгоре.

– Настя, не чувствуете ли Вы себя одинокой в борьбе с системой за свободу Ильдара? Кто Вас поддерживает?

–  Поддерживают друзья, причем даже не мои друзья, а друзья Ильдара. С моими же друзьями какая-то странная штука произошла – они, похоже, перестали быть друзьями. После этого приговора резко сократилось количество желающих со мной общаться. Особенно обидно было, когда так поступил человек, которого я считала своим лучшим другом. Даже не спросил, как я себя чувствую, не надо ли помочь? Ну, как говорится, друзья познаются в беде.

Зато очень много людей, которых я считала просто знакомыми, резко начали мне помогать, давать советы. Говорить, к кому лучше обратиться. Например, написать правозащитникам, чтобы они последили за следственным изолятором. Ребята рисуют плакаты, сделали стикеры. Мои однокурсники с факультета журналистики стараются как можно больше написать про дело Дадина.

Что касается друзей Ильдара, то мы вместе будем устраивать акции протеста.  Они очень помогли, объяснив, как это вообще надо делать. Я же сама таким никогда не занималась! Думаю, что мы наберемся опыта у известных правозащитников. Возможно, удастся отменить 212.1 статью УК РФ (Неоднократное нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования), чтобы больше никто не попал в тюрьму за просто так.

В любом случае, я не сдамся. Я думаю, что любой человек может стать моим союзником. Сейчас в России много протестуют – против новых налогов или против платных парковок. Все эти люди могут стать обвиняемыми по 212.1. И значит, мы все вместе должны бороться за отмену этой статьи.

– Многие россияне полагают, что приговор Ильдару – знак всем несогласным с режимом Путина. Удастся ли власти запугать граждан или наоборот – несправедливость заставит россиян менять власть?

– Это попытка в целом запугать гражданских активистов, которые выходят на акции протеста. В последнее время было принято много подобных законов. Сначала за участие в митингах сажали на пару суток, потом на 15, потом на тридцать. Теперь  – на годы. Недавно Госдума РФ приняла закон, который разрешает ФСБ стрелять в местах массового скопления граждан.

Про смену власти пока не говорим. Во всяком случае, я не говорю. Объективно, для этого ресурсов у оппозиции нет. Мне кажется, сейчас максимум, что можно сделать – это пытаться победить в выборах на местах.

– Рассчитывал ли Ильдар, что станет одним из символов антипутинского протеста?

 – Нет! Все, что он хотел – остаться человеком в своих глазах. Не трусом, а достойным героем, вроде Уильяма Уоллеса.

– Приговор Ильдару был вынесен практически в юбилей мирной акции советских правозащитников 1965-го года. В чем главное сходство советской и российской властей?

 – Я при советской власти не жила, но по журналистскому опыту могу сказать только про жесточайшую пропаганду – сама работала на государственных СМИ, потому знаю, о чем говорю. Я лучше скажу про сходство приговоров.

Советские диссиденты выходили на акции протеста с плакатами “Соблюдайте свою Конституцию”. Такой же главный мотив действий Ильдара: выходя на акции протеста, он отстаивает свое право на свободу мнений и на свободу мирных собраний. Сам он может цитировать Конституцию по памяти огромными частями, как и другие законы РФ, которые, в отличие от полиции, соблюдает.

– Дадин – сторонник исключительно мирного сопротивления. Прав ли он в этом, по-вашему?

 – Я тоже против насилия. Я бы никогда, наверное, не смогла убить человека. Я считаю, что человеческая жизнь бесценна, даже если это жизнь преступника,  которого надо изолировать от общества. Мы не имеем право никого лишать жизни.

Да и вряд ли в российской оппозиции вообще найдешь сторонников насилия. Те, которые были (немногие) после присоединения Крыма стали “крымнашистами” и уже мало общего имеют с оппозицией. Агрессия каким-то образом связана  с имперским сознанием.

Есть еще националисты, которые не за “крымнаш”, но если попытку свержения власти или нечто подобное устроят националисты, я первая выступлю против. Я против вооруженных восстаний. Насилие порождает насилие, а еще голод и разруху. Революция как шторм: на поверхность вылезает зачастую всякий мусор.

– Известно, что в СИЗО Ильдар помогает другим заключенным отстаивать свои права. Что Вы знаете про условия содержания в СИЗО, кто его сокамерники, как к нему относится администрация?

– С его слов – вся камера это «первоходки». Относятся хорошо. Администрация – пока тоже. Хотя СИЗО-4, где он сидит, проблемное: там примерно каждую неделю гибнет по заключенному. Последний погиб, захлебнувшись собственной рвотой. Такое бывает, если к человеку применяют удушение (надевают противогаз и шланг зажимают, одна из любимых пыток в российских тюрьмах). Но, надеюсь, что Ильдара, как публичную персону, это минует. Хотелось бы конечно, чтобы вообще этого не было. Стараемся бороться, по мере сил, за каждого заключенного.

Думаю, что с сокамерниками он еще и едой делится. Тут ему должны было прийти два килограмма апельсинов, понятно, что он сам их не съест.

Камера рассчитана на 10 человек, а кроватей восемь. Ильдар спит в гамаке, но не жалуется. Есть место для тренировок и стол для еды. Есть время почитать книжки. Изучает УПК, помогает писать жалобы другим заключенным. Ему приходит куча писем от разных людей. Пока держится. И передает, чтобы мы, его друзья на воле, не впадали в уныние.

– Рассматриваете ли Вы возможность отъезда из России, пока у власти Путин.

– Многие выбирают свободу, чтобы не стать новой жертвой очередного безумного беззакония. Что касается меня – до января этого года я была точно уверена, что не уеду. Это же моя страна, и если тут твориться бардак, то я за это ответственна, я должна все исправить. Думаю, что Ильдар придерживается того же мнения. Он не хотел уезжать, он хотел, чтобы в его стране все было хорошо.

Хочу сказать, что Ильдар больше всех знакомых мне людей любит Россию. Представляете, просыпаюсь я как-то утром, а он в ноутбуке читает про российский флаг. Что его цвета означают. Типа там белый – честь, синий – свободу. И он мне начал все это зачитывать! С такой любовью и гордостью!

Не знаю, кого удастся запугать, а кого нет. Знаю многих людей, для которых главное – просто остаться человеком. А бежать – поддаться слабости, струсить. И они будут противостоять наступающему Мордору до последнего.

Расскажи друзьям и знакомым

Поделиться
Запинить